Рубрики





Кавказцы и азиаты везде куда ни пойди и еще наглеют не по детски


И если вот так посмотреть и на работу, и на радости, которые выпали ему, то никак не хуже других он прожил. Еще он подумал о том, что надо будет сделать ему в это лето, а потом вспомнил, как мечтал он, лет двадцать назад, купить себе мотоциклет с коляской и проехаться на зависть всему селу с молодой женой к магазину Идет он по стежке этой, среди теплыни, и каждый стебелек подсолнечный, прошлогодний, каждую былку и соломинку на снегу видит:

Будто ничего и не случилось, и та, утренняя, благодать не покидала ни его, ни окружающее, предвесеннее Какая есть жизнь, а без радостей не обходится. А чаще приносил увядшие пучочки набранной в степных лугах и распадках плоскогорий земляники, казачков или щавеля и подкладывал рядышком, чтобы проснулась дочка утром, когда он уже далеко в степи будет, и порадовалась лисичкиным гостинцам.

Он поставил вилы в угол, к лопатам и ломам, и пошел в дом, посмотреть на часы. Давай, сынок, ложись; а я на базу сбегаю, пораньше созывают чтой—то. Должно быть, берут.

Он поглядел на сад этот, уже вошедший в зрелость и дающий плоды, на себя глянул — будто со стороны, с усмешкой, и потом на солнышко, определяясь во времени; и пошел домой. Мы тут всяких видали да бивали. А любовь добрая — она ввек не забудется

Кавказцы и азиаты везде куда ни пойди и еще наглеют не по детски

Ну, пошли; так и быть, выгоним ныне пораньше, бабам душу потешим. Октября начало. Сапоги скинул в сенях, на заслеженном половике, а снять телогрейку не решился — совсем застыл.

Кавказцы и азиаты везде куда ни пойди и еще наглеют не по детски

И где связь та, которая роднит разум наш с его суетностью, всегдашним недовольством достигнутым, и вечное согласие неразумного, живого и неживого мира? А нашли мирно сидящим средь густой августовской пшеницы, на теплой земле.

За селом к горизонту тянулись неровные, разных оттенков поля, еле заметные балки, степь.

Она уже и корову успела подоить, и сумку его ряднишную собрать; и, приговаривая жалеючи: Все видно — и как на дальнем проселке тащится по косогору воз сена и рядом с ним шагает кто—то, ступает крупно и степенно; и как потерянно, бесцельно прыгают с ветки на ветку такие неугомонные обычно воробьи и все оглядываются, вертятся с детским недоуменьем — где же лето?..

А наутро еще что—нибудь узнает, приметит вдруг — хорошее, тонкое, для души, или дочек своих повспоминает, какие они

Колька расколупнул яйцо, вынул из сумочки спичечный коробок, где в газетной бумажке лежала соль, хвост зеленого лука. А как подрасти мне, отец и говорить: Он долго сидел на еще сырой, почерневшей от прошлых непогодиц неструганой скамейке под окном, следил за уходящими тучами, на светлый, без багровости закат смотрел и думал о разном.

И оттого, что этого лучшего, знал он по старому опыту, скорее всего и не будет откуда, с каких таких достатков , а он все же ждал его какой—то потаенной частью себя — сердце его пощипывало тонкой, позднего возраста грустью, сожалением о чем—то несделанном, упущенном.

Он тоже вовсю горбит, по два—три трудодня на день выколачивает; а вечером сойдутся дома, всухомятку перекусят, и лишь бы до подушки добраться — утром в четыре вставать

Привыкли бегом—то. Накрыться бы потеплее и уснуть сейчас, переждать непогодицу, как звери в спячке пережидают нашествие зимних холодов. Конешно, наше дело пастушье, а все-таки внимание надо оборотить, не зазнаваться.

Обстановка там в самом деле накалялась, Степанков играл наверняка. Размеренно, сонно ходил маятник часов, дышала за занавеской жена. Пошла я. Я еще, бывает, и кусточку удивлюсь какому, на реке посидеть люблю, в степи там побыть — есть еще интерес; а тебе все не до этого, все какая—нибудь забота гложет; не то, чтобы на облачко какое внимание оборотить — поспать спокойно не дает Послушать, так ничего не разберешь: Слава—те, сосед наш, дядя Егор, упокойник, заступил: Зря он так, думал Никита, мог бы и получше — Нютой, например.

Что было раньше, он не знал и не чувствовал и теперь никогда не узнает. Колька снял перекинутую через плечо сумку, повалился на бок. Марш отседова!

Чистой, студеной воды родничок. Давай-кось и мы теперь перекусим, а то молоко скиснет. Она его целовала, а он, так и не сняв до конца рюкзак, путаясь в его ремнях и что—то бормоча, отводил небритое в утренней спешке лицо и сам чуть не плакал. Отец наш, славу богу, живьем пришел с победы, германского матерьялу привез, до сих пор вон у меня две наволочки да юбка из него сшиты лежат Не дождешься от них, кто думаеть; а меня хоть спомнють при случае, скажуть — Иван Шутов делал, не пожалел досок Стремительно разомкнулось и сомкнулось в молнии темное небо, на миг, на мгновенье показав свои огненные запредельные сады, и пушечно грохнул, угрожая увидевшему, гром, покатился по всему шаткому небесному строению, рассыпаясь на десятки гремящих обломков.

Они увидели, как поник на дальнем берегу тальник, как лесопосадка заволновалась; блеснула молния, и потом донесся шум ветра.

Он долго лежал так, думал, что—то вспомнить хотел и не вспомнил, сон не шел к нему. Я вот тебе на маманиной кровати постелю, подушку большую принесу — поспи. Да и не было между этим, чувствовал он, такой уж большой разницы; есть же приговорка такая — как жил, так и умер

Ну что выдумываешь, людей булгачишь?.. Полей, родимый, покропи, а то уж вся душа усохла. Не дождешься от них, кто думаеть; а меня хоть спомнють при случае, скажуть — Иван Шутов делал, не пожалел досок Как говорят — забыть? И где связь та, которая роднит разум наш с его суетностью, всегдашним недовольством достигнутым, и вечное согласие неразумного, живого и неживого мира?

Гляди, сам не досидись до четвертной, милок, погодь!

Как говорят — забыть? Ты сегодня утром нехорошо подумал о людях, а значит, и о себе самом, ты совсем было один остался — зачем?.. Из сенец выглянула хозяйка: Что было раньше, он не знал и не чувствовал и теперь никогда не узнает.

Кого хочешь люби, но и другим не засти, говорил он мысленно жене, и в правоте своей был уверен и тверд.

Черт дернул его заехать сюда, а потом случиться этому неблагополучию природы. Вредно оно спать на заходе—то, в голове шуметь будет, как с угару. До лесополосы далеко, за телятами не уследишь, а лозняк — он лозняк и есть. После безрадостного, мутного утра, ветреного и холодного, стал похлестывать дождь.

Я вот тебе на маманиной кровати постелю, подушку большую принесу — поспи. Но жена так и не вышла к нему, не позвала; и сквозь полупрозрачное стекло, заменяющее филенку двери, видел Никита, как она разглядывала что—то на свет, будто сверяясь, а потом полезла в сундук.

Бог с ней, с женой. К морозцу, должно. Верно сделал, что обождал, одуматься дал. Пора бы уж забыть. А потом светило стало печально тонуть, меркнуть так покойно и обреченно, таким покоем и теплом наполняя бледно—голубую высоту над собой, что сердце замирало, чувствуя угасание дня, угасание невозвратных минут своей жизни.



Вампиры сосут онлайн бесплатно
Порно видео куни волосатой мамке
Сцены миньета из фильма бурый кролик
Смотреть порно секс онлай бесплатно
Геи целуются и трахуются
Читать далее...